
Дальше - запасайтесь платочками, памперсами и ещё всем, чем можете. Я начинаю.
( Буква А )
- Mood:
дурю
Сырная соломка
Ингредиенты:
Сыр твердый - около 150 грамм
Мука пшеничная - 1,5 стакана
Масло сливочное 80 г
Молоко - 4 ст. л.
Соль (по вкусу)
Лимонная цедра (от одного маленького лимона)
Рецепт
Сыр и сливочное масло натереть на мелкой терке и тщательно перемешать.
Добавить соль, молоко и цедру и ещё раз тщательно перемешать.
Затем добавьте всю муку и замесите мягкое и эластичное тесто.
Раскатайте тесто в пласт, толщиной 0,5 см, нарежьте его на полосочки и каждую полосочку скатайте пальчиками в трубочку.
Уложите их на пергаментную бумагу и выпекайте 15 минут при 180 градусах, до золотистого цвета.
Остудите и кушайте! Сырный вкус проявится, когда они остынут!
- Mood:
есть хочу!
Вот здесь я нашла песенку Вероники. Какие у неё фантастические кованные пяльца!!!
Вот здесь видно хорошо. А вышивает она по гипюру золотом:)

Кстати, о себе! Мой страшное сокровище решилось пойтить на кружок
Первое - это откровенное подражание лорду /Тениссону, с его "ботаническими" стихами
***
Пламенеют георгины,
Розы гордо угасают,
Астры светят как рубины,
Виноград в листве сияет…
Гладиолусов колонны,
Мальвы статные сверкают
И пушистые нигеллы
Бал осенний украшают.
Деревенский сонет
Ах! Как много яблок созрело
Мы с бабушкой их собираем
С корзинкой по саду летаем
Мы делаем важное дело!
Плод с ветки срываем смело
Варенье сварить мечтаем
В сарае банки считаем…
Ах! Как много яблок созрело!
Над садом ветер летает,
Яблоням ветки ломает…
Яблоки падают шумно
Собой траву украшая
Запахом сад наполняя!
Осень люблю я безумно!

( Баллада об Акселе фон Ферзене )
- Mood:
а есть ли я?
Я уже не буду говорить о стихотворениях. Они просто великолепны! И теперь мне во многом понятно подражательное стремление поэтов "Серебряного века", дотянуться до Теннисона. В переводах Бальмонта, Бунина он просто великолепен. Какие у него описания природы, какая легкость слога! Стоп! Я же обещала не хвалиться и не петь дифирамбы. Но просто не могу...
МАЛЫЙ ТИПОВОЙ НАБОР ДЛЯ СОЗДАНИЯ ГЕНИАЛЬНЫХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ
В СТИЛЕ "ФЭНТЕЗИ"
ПРИГОДНЫХ К УПОТРЕБЛЕНИЮ НА ТЕРРИТОРИИ
БЫВШЕГО СССР В УМЕРЕННЫХ КОЛИЧЕСТВАХ
К доброму покупателю!
Данный Набор предназначен для начинающих, продолжающих и думающих,
что продолжают радовать мир печатными и рукописными изделиями в стиле,
указанном в маркировке Набора. Он поможет Вам прочно завоевать прочную
репутацию "Ну и что, а я тоже писатель", стать своим человеком в кругах,
окружениях или окружениях окружений а также при наличии дополнительных
навыков улучшить свое материальное положение. (Примечание: остросюжетный
справочник "Быстро напечатать книгу - как это делается и чего стоит"
появится в ближайшее время, следите за рекламой.)
Использовать Набор рекомендуется при температуре не ниже -5 С и
показаниях барометра не страшнее "Великая Сушь" в закрытом, специально
предназначенном для этого помещении. При использовании Набора следует
учесть, что он напечатан на жесткой бумаге, поэтому наилучшие результаты
будут достигнуты, если его как следует промять.
ВНИМАНИЕ! При нарушении правил техники безопасности изготовитель не
несет ответственности за ущерб имуществу и оскорбление чести и достоинства
Президента б.СССР.
( Читать и смеяться... )

- Mood:
рисовать, рисовать, рисовать..
МОЕ ПОКОЛЕНИЕ
Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.
Мы пред нашим комбатом, как пред господом богом, чисты.
На живых порыжели от крови и глины шинели,
на могилах у мертвых расцвели голубые цветы.
Расцвели и опали... Проходит четвертая осень.
Наши матери плачут, и ровесницы молча грустят.
Мы не знали любви, не изведали счастья ремесел,
нам досталась на долю нелегкая участь солдат.
У погодков моих ни стихов, ни любви, ни покоя -
только сила и зависть. А когда мы вернемся с войны,
все долюбим сполна и напишем, ровесник, такое,
что отцами-солдатами будут гордится сыны.
Ну, а кто не вернется? Кому долюбить не придется?
Ну, а кто в сорок первом первою пулей сражен?
Зарыдает ровесница, мать на пороге забьется,-
у погодков моих ни стихов, ни покоя, ни жен.
Кто вернется - долюбит? Нет! Сердца на это не хватит,
и не надо погибшим, чтоб живые любили за них.
Нет мужчины в семье - нет детей, нет хозяина в хате.
Разве горю такому помогут рыданья живых?
Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.
Кто в атаку ходил, кто делился последним куском,
Тот поймет эту правду,- она к нам в окопы и щели
приходила поспорить ворчливым, охрипшим баском.
Пусть живые запомнят, и пусть поколения знают
эту взятую с боем суровую правду солдат.
И твои костыли, и смертельная рана сквозная,
и могилы над Волгой, где тысячи юных лежат,-
это наша судьба, это с ней мы ругались и пели,
подымались в атаку и рвали над Бугом мосты.
...Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели,
Мы пред нашей Россией и в трудное время чисты.
А когда мы вернемся,- а мы возвратимся с победой,
все, как черти, упрямы, как люди, живучи и злы,-
пусть нами пива наварят и мяса нажарят к обеду,
чтоб на ножках дубовых повсюду ломились столы.
Мы поклонимся в ноги родным исстрадавшимся людям,
матерей расцелуем и подруг, что дождались, любя.
Вот когда мы вернемся и победу штыками добудем -
все долюбим, ровесник, и работу найдем для себя.
(60 лет советской поэзии.
Собрание стихов в четырех томах.
Москва, "Художественная Литература", 1977)
ПЕРЕД АТАКОЙ
Когда на смерть идут,- поют,
а перед этим можно плакать.
Ведь самый страшный час в бою -
час ожидания атаки.
Снег минами изрыт вокруг
и почернел от пыли минной.
Разрыв - и умирает друг.
И, значит, смерть проходит мимо.
Сейчас настанет мой черед,
За мной одним идет охота.
Ракеты просит небосвод
и вмерзшая в снега пехота.
Мне кажется, что я магнит,
что я притягиваю мины.
Разрыв - и лейтенант хрипит.
И смерть опять проходит мимо.
Но мы уже не в силах ждать.
И нас ведет через траншеи
окоченевшая вражда,
штыком дырявящая шеи.
Бой был коротким.
А потом
глушили водку ледяную,
и выковыривал ножом
из-под ногтей я кровь
чужую.
1942
- Mood:
crappy




